Цвет граната

Цвет граната

Гранат… Этот магический плод вдохновлял и продолжает вдохновлять Григорьянов. Результатом может быть вазочка, сделанная Володей еще в середине девяностых, или натюрморт Лены, или принт на футболке работы Эльвирочки. Не один фрукт так часто не фигурирует в произведениях художников. И стоит ли удивляться, что один из самых любимых фильмов в этой семье – «Цвет граната» Сергея Параджанова. 

И стоит ли удивляться, что во время «Интеллектуального путешествия в Армению» Григорьяны и их друзья зашли в дом-музей Параджанова. И прикоснулись к удивительному миру этого гениального режиссера и чародея. 

Мир Параджанова

Небольшое лирическое отступление… Я посмотрела «Цвет граната» только в конце восьмидесятых. Фильм вышел на экраны в 1969 году, я тогда еще была мала. А потом его просто не показывали. 

В Перми в восьмидесятых был клуб любителей кино. Назывался «Три скамейки» - по стихотворению Мандельштама: «Кинематограф, три скамейки, сентиментальная горячка…» Руководил клубом Евгений Давыдович Тамарченко – литературовед и редкостный эрудит. Как же мы ждали каждого нового сеанса, сколько великих фильмов увидели впервые – от «Апокалипсиса сегодня» Копполы до «Скорбного бесчувствия» Сокурова. 

«Цвет граната» Евгений Давыдович нашел только в Новосибирске. Оказывается, на весь союз тогда было всего две копии. И Тамарченко летал в Новосибирск – сначала, чтобы взять ленту, потом, чтобы вернуть. Евгений Давыдович давно умер, но я до сих пор бесконечно ему благодарна.

Параджанов с первых кадров заворожил… Совершенно новый, ни на что не похожий, кинематографический язык. Язык цвета и света. Ни слова по-русски, да и слов то минимум. Фильм, который воспринимаешь сразу сердцем, минуя мозг. Думать начинаешь потом. 

После второй мировой войны художники, писатели, режиссеры активно искали новые средства выражения. Отсюда плеяда гениальных кинематографистов. Манеру Параджанова я определяю термином «суггестия». Этот прием ярко использует Сэлинджер в «Девяти рассказах». 

Исследователь его творчества Ирина Галинская утверждает, что философские и эстетические истоки прозы одного из самых загадочных писателей двадцатого века — в древнеиндийской поэтике. Последняя подразумевает «кроме понятий прямого и переносного значений еще и категорию суггестивного» - скрытого, проявляемого. То есть каждый из девяти рассказов Сэлинджера должен вызывать у читателя определенное чувство — любовь, страх, отвращение и т.д.

Суггестия дает возможность сотворчества. Параджанов взывает к опыту каждого зрителя, к его личным ощущениям, воспоминаниям. Поэтому у каждого – свой Параджанов. 

Сергей Параджанов родился в Тбилиси в 1924 году. Умер и похоронен в Ереване в 1990 году. Самые известные его фильмы: «Тени забытых предков» (1965), «Цвет граната» (1968), «Легенду о Сурамской крепости» (1984), «Ашик-Кериб» (1988). 

«Тени забытых предков» считаются классикой украинского кинематографа, «Цвет граната» - армянского, «Легенда о Сурамской крепости» - грузинского. И все они - классика мировая – в первую очередь. Язык Параджанова не знает границ – географических, религиозных, культурных. 

Для меня Григорьяны и Параджанов связаны неразрывны. Когда я смотрю фильмы Параджанова, то вспоминаю работы Григорьянов, когда вижу картины Григорьянов – вспоминаю ленты Параджанова. И дело не только в общности цветовой гаммы. Дело в общем понимании миропорядка, в общем восприятии жизни, в общем желании сотворить из реальных образов новый мир.

«Гранат на картине Елены Григорьян символизирует любовь, смерть, грех. Именно этот плод, по мнению художницы, сорвала Ева в райском саду». За это начало сюжета о Лене я заработала высшую похвалу в своей журналистской карьере. Было это в 1998 году на семинаре по новостной тележурналистике. Мы – ученики – должны были сделать по два сюжета. 

Материал «про культуру» мне наш тренер Дмитрий Бациев делать не давал: «Кто будет смотреть эту скукоту? Зрителя надо заворожить, приковать к экрану». И лишь оценка «пять» за сюжет о пожаре в коллекторе, который «оставил без связи половину Актау», дала мне шанс. 

Второй сюжет я делала с Рахимой Устемировой, Дмитрий его не видел до финального просмотра. На первых же кадрах он воскликнул: «Как интересно! Я не знал про райский сад». И эта фраза дороже мне всех грамот и медалей. Спасибо Лене, спасибо Параджанову.

Григорьяны и Мечитов

Вы слышали о теории шести рукопожатий? Якобы все люди на Земле знакомы через шесть рукопожатий. Григорьяны не знали Сергея Параджанова лично. Но знакомы с ним через одно рукопожатие. И человек, чья рука связывает художников с режиссером – Юрий Мечитов – фотобиограф (если можно так сказать) Параджанова. Человек, который с 1978 года постоянно находился рядом с Мастером, который запечатлевал многие моменты его жизни.

С Мечитовым Григорьяны познакомились в Тбилиси и сразу подружились. Еще бы нет!  И Григорьяны, и Мечитов равно боготворят Параджанова. Художники пригласили Юрия в Алматы. И в апреле 2016 года в арт-центре Эдуарда Казаряна открылась выставка Мечитова «Феномен Параджанова и Тбилиси». 

Лена обещает привезти Юрия Мечитова в Актау. И тогда, пожав ему руку, мы окажемся в одном шаге от Параджанова – мага, заставляющего нас смотреть на жизнь под другим углом и понимать этот мир, и принимать его – без шор предубежденности, без купюр, без цензуры. 

 

Алена Логинова 

Фото из архива Григорьянов


Поделиться:

Назад в категорию